Антимодернистская присяга

Установлена Папой св. Пием X
в motu proprio «Sacrorum antistitum» от 1 сентября 1910 г.

Я, NN. непоколебимо принимаю все истины, и каждую из них, которые определены, объявлены и разъяснены Учительством Церкви, особенно основное учение, которому в наши времена прямо противостоят заблуждения,

Ego… firmiter amplector ac recipio omnia et singula, quae ab inerranti Ecclesiae magisterio definita, adserta ac declarata sunt, praesertim ea doctrinae capita, quae huius temporis erroribus directo adversantur.

Во-первых, исповедую, что Бога, начало и конец всех вещей, естественным светом разума «через рассматривание творений» (Рим. 1, 20), то есть через видимые дела творения, как причину через следствие, можно доподлинно познать, а затем и доказать Его существование.

Ac primum quidem Deum, rerum omnium principium et finem, naturali rationis lumine per ea quae facta sunt, hoc est per visibilia creationis opera, tamquam causam per effectus, certo cognosci, adeoque demonstrari etiam posse, profiteor.

Во-вторых, внешние свидетельства Откровения, то есть Божественные действия, прежде всего чудеса и пророчества, принимаю и признаю за полностью несомненные знаки Божественного происхождения христианской религии и считаю их вполне сообразными для всех времен и народов, не исключая и современности.

Secundo, externa revelationis argumenta, hoc est facta divina, in primisque miracula et prophetias admitto et agnosco tamquam signa certissima divinitus ortae christianae Religionis, eademque teneo aetatum omnium atque hominum, etiam huius temporis, intelligentiae esse maxime accommodata.

В-третьих, твердо верую, что Церковь, хранительница Богооткровенного слова и наставница в нем, была прямо и непосредственно основана Самим подлинным историческим Христом, когда Он пребывал среди нас, и зиждется на Петре, главе апостольской иерархии, и на его преемниках.

Tertio: Firma pariter fide credo, Ecclesiam, verbi revelati custodem et magistram, per ipsum verum atque historicum Christum, quum apud nos degeret, proxime ac directo institutam, eandemque super Petrum, apostolicae hierarchiae principem eiusque in aevum successores aedificatam.

В-четвертых, искренне принимаю вероучение, переданное нам в одном и том же смысле и в одном и том же постоянном значении от Апостолов через православных Отцов; поэтому решительно отвергаю еретическое измышление об эволюции догматов, переходящих из одного значения в другое, отличное от того, которого Церковь придерживалась прежде; также осуждаю всякое заблуждение, которое избирает вместо Божественного залога веры, переданного Христом Супруге для надежного сбережения, философское изыскание или творение человеческого разума, понемногу формулируемое усилиями людей и в дальнейшем совершенствуемое неопределенным прогрессом.

Quarto: Fidei doctrinam ab Apostolis per orthodoxos Patres eodem sensu eademque semper sententia ad nos usque transmissam, sincere recipio; ideoque prorsus reiicio haereticum commentum evolutionis dogmatum, ab uno in alium sensum transeuntium, diversum ab eo, quem prius habuit Ecclesia; pariterque damno errorem omnem, quo, divino deposito, Christi Sponsae tradito ab Eaque fideliter custodiendo, sufficitur philosophicum inventum, vel creatio humanae conscientiae, hominum conatu sensim efformatae et in posterum indefinito progressu perficiendae.

В-пятых, со всей уверенностью придерживаюсь и искренне исповедую, что вера является не слепым религиозным чувством, прорывающимся из тайников подсознания под действием сердца и преобразования нравственно организованной воли, но подлинным согласием разума с истиной, извне принятой «от слушания», вследствие чего очевидно, что сказанное, засвидетельствованное и откровенное лично Богом, Творцом и Господом нашим, почитаем истинным ради достоинства Бога правдивейшего.

Quinto: certissime teneo ac sincere profiteor, Fidem non esse coecum sensum religionis e latebris sub conscientiae erumpentem, sub pressione cordis et inflexionis voluntatis moraliter informatae, sed verum assensum intellectus veritati extrinsecus acceptae ex auditu, quo nempe, quae a Deo personali, creatore ac domino nostro dicta, testata et revelata sunt, vera esse credimus, propter Dei auctoritatem summe veracis.

Также, как подобает, почтительно подчиняюсь и всей душой примыкаю к осуждениям, высказываниям и всем предписаниям, которые содержатся в энциклике «Pascendi» и декрете «Lamentabili», особенно что касается так называемой истории догматов.

Me etiam, qua par est, reverentia, subiicio totoque animo adhaereo damnationibus, declarationibus, praescriptis omnibus, quae in Encyclicis litteris «Pascendi» et in Decreto «Lamentabili» continentur, praesertim circa eam quam historiam dogmatum vocant.

Также отвергаю заблуждение утверждающих, что представляемая Церковью вера может противоречить истории, и что католические догматы, в их нынешнем смысле, невозможно примирить с точнейшим знанием о происхождении христианской религии.

Idem reprobo errorem affirmandum, propositam ab Ecclesia fidem posse historiae repugnare, et catholica dogmata, quo sensu nunc intelliguntur, cum verioribus christianae religionis originibus componi non posse.

Также осуждаю и отвергаю мнение говорящих, что образованный христианин выступает в двойной роли, с одной стороны — верующего, с другой — историка, словно историку можно держаться того, что противоречит убеждению верующего, или устанавливать предпосылки, из которых следовало бы, что догматы являются или ложными или сомнительными, но лишь бы только прямо им это не противоречило.

Damno quoque ac reiicio eorum sententiam, qui dicunt, christianum hominem eruditiorem induere personam duplicem, aliam credentis, aliam Ristorici, quasi Iiceret historico ea retinere quae credentis fidei contradicant, aut praemissas adstruere, ex quibus consequatur dogmata esse aut falsa aut dubia, modo haec directo non denegentur.

Также отвергаю способ понимания и толкования Священного Писания, который, пренебрегая Преданием Церкви, аналогиями веры и нормами Апостольского Престола, примыкает к измышлениям рационалистов и признает единым высшим правилом критику текстов, столь же недозволенно, как и опрометчиво.

Reprobo pariter eam Scripturae Sanctae diiudicandae atque interpretandae rationem, quae, Ecclesiae traditione, analogia Fidei, et Apostolicae Sedis normis posthabitis, rationalistarum commentis inhaeret, et criticen textus velut unicam supremamque regulam, haud minus licenter quam temere amplectitur.

Также отвергаю мнение утверждающих, что ученые, преподающие предмет истории богословия или об этих вещах пишущие, первым делом должны отбросить всякие предварительные точки зрения как о сверхприродном происхождении католического Предания, так и об обещанной Божественной помощи для вечного сохранения всякой Богооткровенной истины; кроме того, что писания отдельных Отцов надлежит толковать единственно согласно научным принципам, отбрасывая всякий священный авторитет, и с такой свободой суждения, с какой обычно исследуют какие-либо светские письменные памятники.

Sententiam praeterea illorum reiicio qui tenent, dottori disciplinae historicae theologicae tradendae, aut iis de rebus scribenti seponendam prius esse opinionem ante conceptam sive de supernaturali origine catholicae traditionis, sive de promissa divinitus ope ad perennem conservationem uniuscuiusque revelati veri; deinde scripta Patrum singulorum interpretanda solis scientiae principiis, sacra qualibet auctoritate seclusa, eaque iudicii libertate, qua profana quaevis monumenta solent investigari.

В целом, наконец, объявляю себя совершенным противником заблуждений модернистов, утверждающих, что в Священном Предании нет никакого Божественного элемента, или, что еще хуже, допускающих его в пантеистическом смысле, так, что ничего не остается, кроме голого и простого факта, равного обычным историческим фактам: люди действительно своими усердием, изобретательностью, способностями развили в последующие времена школу, начало которой положили Христос и Его Апостолы.

In universum denique me alienissimum ab errore profiteor, quo modernistae tenent in sacra traditione nihil inesse divini; aut, quod longe deterius, pantheistico sensu illud admittunt; ita ut nihil iam restet nisi nudum factum et simplex, communibus historiae factis aequandum; hominum nempe sua industria, solertia, ingenio scholam a Christo eiusque apostolis inchoatam per subsequentes aetates continuantium.

Поэтому крепчайше держусь и до последнего дыхания буду держаться веры Отцов в несомненный Божественный дар истины, который есть, был и всегда будет в «преемстве епископата от Апостолов»; не с тем, чтобы удерживать то, что может казаться лучшим и более соответствующим культурному уровню данного времени, но чтобы «никогда иначе не веровать, никогда иначе» не понимать абсолютной и неизменной истины, изначально возвещенной Апостолами.

Proinde fidem Patrum firmissime retineo et ad extremum vitae spiritum retinebo, de charismate veritatis certo, quod est, fuit eritque semper in episcopatus ab Apostolis successione; non ut id teneatur quod melius et aptius videri possit secundum suam cuiusque aetatis culturam, sed ut nunquam aliter credatur, nunquam aliter intelligatur absoluta et immutabilis veritas ab initio per Apostolos praedicata.

Всё это клянусь верно, целостно и искренне соблюдать и нерушимо сохранять, ни в чем от этого не отступлю как в обучении, так и каким-либо словом или писанием. В этом клянусь, в этом присягаю, в этом да поможет мне Бог и Его Святое Евангелие.

«Haec omnia spondeo me fideliter, integre sincereque servaturum et inviolabiliter custoditurum, nusquam ab iis sive in docendo sive quomodolibet verbis scriptisque deflectendo. Sic spondeo, sic iuro, sic me Deus etc.»